27 February 2015

Как начать курить сигары

Поделиться:

Константин Крюков:

Мой дед всю жизнь курил трубку. Везде, где он появлялся, помещение тут же наполнялось приятным запахом хорошего табака. Отец всю жизнь курил сигареты. К табаку я привык с детства.

Мой первый опыт курения трубки был, как ни парадоксально это звучит, связан с безумным желанием бросить курить сигареты. Я купил себе приличную трубку, много разного табака и книгу про то, как правильно курить все вышеперечисленное. Очень скоро оказалось, что одной трубки мне мало, поскольку курю я много, а трубка должна остывать, ее надо раскуривать, в одной трубке лучше курить только один сорт табака и так далее. С этого момента я втянулся в среду курения трубок. Выбор формы, табака, мундштуков — все это меня сильно увлекало. Но курить сигареты я так и не перестал. Все время пытаюсь бросить или хотя бы сократить их количество. Как правило, курю Dunhill International, самые крепкие в их линейке.

Табак и соответствующую утварь я стараюсь покупать в специализированных магазинах. Там всегда есть нужный выбор даже редких сортов и всех необходимых аксессуаров. То, что продают в обычных лавках, как правило, никакого отношения к табаку не имеет. Я очень люблю мягкий табак: W.O.Larsen Fine and Elegant в голубой упаковке — это для меня, наверное, эталон среди таких сортов.

Безусловно, трубка является частью образа:  выбор курительного набора похож на то, как мужчины выбирают себе костюм для пошива. Все должно сидеть идеально. Мундштук должен ложиться тебе в руки, как будто он продолжение твоей ладони, форма и вид самой трубки должны говорить о твоем стиле, о том, какой ты внутри. А выбор табака схож с выбором духов и в прямом, и в переносном смысле, ведь именно так ты будешь пахнуть во время курения. Этот запах будет в дальнейшем с тобой ассоциироваться. Трубок у меня много. Две любимые формы — «бульдог» и «яйцо». Первая подходит для долгих вечеров, вторая — для каждодневного курения.

Я люблю курить на природе. Наверное, это странно, но для меня идеальное сочетание — зима, за городом, вечер, веранда, хороший китайский чай Тегуаньинь и долгая трубка. Летом я практически не курю трубку, а зимой она создает невероятный уют.

Алексей Сканави:

Примерно до тридцати пяти лет я вообще не курил, но каждый раз, когда видел людей с сигарой или трубкой, где-то в глубине души чувствовал, что хочу попробовать. С детства в голове сидел стереотип, что курить — плохо, что мы и так дышим всякой ерундой на улице. К тому же я очень не хотел химической и психологической зависимости.

Началось все внезапно. У меня в то время был такой «малый бизнес»: я привозил живую музыку на мероприятия. Однажды я привез джазовую группу на один сигарный чемпионат. Так вышло, что кто-то из участников чемпионата не приехал, и организаторы попросили занять его место. Я сказал, что не курю, они ответили: «Научим».

Скажу пару слов о том, что такое сигарный чемпионат. Он проводится по двум номинациям: первая — кто курит дольше, вторая — у кого пепел длиннее. Всем раздаются сигары одного формата и необходимые аксессуары: специальные спички, гильотинки. Затем каждому предлагается напиток. Обычно это виски, коньяк, херес, кальвадос, арманьк. Если сигару оставить и не курить какое-то время, то она гаснет. Если ее курить слишком интенсивно, то она слишком быстро сгорает, а второй раз поджигать нельзя. В этом деле нужно найти золотую середину. Чтобы определить победителя во второй номинации, ждут до того момента, пока пепел не упадет первый раз. Нужно сказать, что стряхивать пепел с сигары — дурной тон, по крайней мере, первый раз он должен упасть сам. Сигарные «спортсмены» курят, держа сигару вертикально вверх, чтобы пепел как можно дольше оставался трубочкой.

В итоге из пятидесяти участников у меня был четырнадцатый результат по длине пепла, а в первой номинации я сошел с дистанции, потому что на тот момент, когда я курил уже час сорок, мне стало плохо. К слову, чемпион курил два часа пятнадцать минут, скурив сигару до жалкого огрызка. В качестве приза он получил отличную пачку сигар и ящик роскошного виски.

Так состоялось мое первое знакомство с сигарами, после которого я их полюбил. Несколько лет ушло на поиски своего формата. Сейчас я знаю, что большие сигары я курить не могу, даже простая «Корона» для меня слишком велика.

Марки я курю любые, главное — смотреть, чтобы сигара была не ароматизированная, не искусственная, не сушеная. Сигары должны быть живыми. В основном я хожу в четыре магазинчика, которые попадаются по дороге: «Табакерия» на Старом Арбате, второй — недалеко от Покровских ворот, есть приятное место в самом начале проспекта Мира, практически около Садового кольца. В торговом комплексе «Тишинка» тоже можно найти прекрасный магазинчик.

Если говорить о сортах табака, то я бы посоветовал сначала попробовать разные марки, а еще лучше купить какой-нибудь специализированный журнал, например, «Сигар Клан» или Hecho a mano, где можно найти массу интересной информации.

Специалисты считают, что какие-то сигары лучше идут с виски, а какие-то — с коньяком. Мне кажется, что можно использовать и другие напитки. Я, например, предпочитаю бурбон. Вообще, выбор сочетания зависит от настроения: иногда хочется пить зерновые напитки, иногда — плодовые. А еще от места: где-то хороший виски, а коньяк не очень, где-то наоборот. В конце концов, необязательно всегда пить алкоголь, можно удачно сочетать сигару с кофе или с горячим шоколадом.

Безусловно, сигара — это часть образа. Но не надо забывать о том, что образ — двойственное понятие: с одной стороны, это имидж, который ты демонстрируешь окружающим, с другой — в нем присутствует момент самосознания. Когда я курю сигару, мне все равно, как на меня смотрят, но мне не все равно, что я сам при этом чувствую. Я говорю не только о вкусовых ощущениях, меняются и психологические. Сигара — это медитация, ее нельзя курить в подъезде, на ходу. Для того чтобы выкурить сигару, нужно определенное состояние, время. Средняя сигара типа «Короны» курится около сорока минут, в течение которых вы фактически не можете работать. Для себя я сформулировал, что сигара как женщина, она не терпит отсутствия внимания: если ее не раскуривать постоянно, она через какое-то время гаснет. Человек, который заработал сорок минут свободного времени, может позволить себе выкурить сигару.

А вот сигареты я никогда не курю. Не вижу смысла. С точки зрения попадания никотина в организм это какие-то игрушки, не знаю, сколько сигарет нужно выкурить, чтобы в организм попало нужное количество никотина. Потом, я не хочу вдыхать в легкие всякую гадость: сигары ведь курят, не затягиваясь, а с сигаретами так не получится. Плюс ко всему я очень тонко различаю вкус, поэтому, когда курю сигарету, отчетливо чувствую горелую бумагу.

Сергей Бунтман:

Трубку я курю тридцать с лишним лет, но никаких правил не соблюдаю. С трепетом отношусь к тем людям, которые все делают правильно. Несмотря на то что я остаюсь страшным анархистом, курение трубки доставляет мне огромное удовольствие. Она меня сопровождает практически везде: дома я курю только трубку, на работе — трубку. Я человек неправильный и в том плане, что курю сигареты, а это для настоящих трубочников ересь, за которую можно угодить на костер.

Началось все с детства: мне нравились люди, которые курят трубку, моей любимой игрушкой была трубка, из которой можно было выдувать мыльные пузыри. Мне казалось, это так славно, романтично, с любовью к морю и к морякам. Решающее влияние оказало то, что я учился во французской школе, и мы много слушали и пели Жоржа Брассенса. Брассенс — один из самых знаменитых курильщиков трубок ХХ века. Так что для меня усы и трубка — это не Сталин, а Жорж Брассенс.

В выборе табака я неприхотлив. Предпочитаю то, что относится к британским и датским. Ни в коем случае не голландский. Иногда я люблю крепкие сорта: ирландские и английские, такие суровые флейки. В Москве есть несколько мест, где я покупаю табак: например, в самом начале проспекта Мира. Теперь магазинчик переехал во двор, и стало еще уютнее. Есть чудесная табакерия на Старом Арбате и просто хорошая лавочка у Киевского вокзала, которую, я боюсь, скоро снесут.

Что касается трубок, то это дело гораздо более тонкое, я очень долго приглядываюсь. Новая трубка — всегда событие. Мне кажется, что их очень тяжело дарить. Я всегда немножко вздрагиваю, когда кто-то собирается подарить мне трубку, но тем не менее в большинстве случаев бывают хорошие попадания. Самый прекрасный подарок сделал мне старший сын. Он еще учился в школе, очень хотел подарить мне трубку и откладывал по рублю. В итоге сын купил «Яву», второй сорт. На первый взгляд, совсем не годящаяся трубка, но это было так приятно, здорово и ценно, что я поставил себе задачу сделать все, чтобы эту криво, косо сделанную трубку обкурить и сохранить. Это удалось. Она жива до сих пор. Всего у меня около пятидесяти трубок, но я не называю это коллекцией. Коллекция — это то, что стоит, покоится, с чего стирают пыль, составляют каталог. Я бы сказал, что у меня такая «рабочая бригада трубок». Все они в деле, все они курятся, периодически отдыхают, посменно работают. С собой у меня всегда несколько трубок, когда иду на работу, беру штуки три. Одно из немногих правил, которое я всегда соблюдаю, — давать трубкам отдых. Они у меня трудятся, как по уставу караульной службы: одна в деле, другие лежат спокойно.

Я люблю хорошее французское или итальянское вино. Должен сказать, что понимание хорошего у меня своеобразное: я люблю вино из тех мест, где я бывал, учился. Гренобль,  Рона, Бургундия — вина этих регионов мои любимые. Мне также нравится хороший односолодовый виски. Любимый — Oban, виски Западного Нагорья, где я чувствовал себя изумительно. Для меня важна лирическая связь: есть объективно изумительные трубки, но они мне ничего не говорят, так же как прекрасное вино, которое я оценю в меру своей испорченности, но у меня с ним нет ничего общего.

Я очень хотел попасть в Бремене к трубочному мастеру по имени Карлхайнц Юра, не столько из-за его великолепных трубок, сколько из-за удивительной жизненной истории. Он бывший гэдээровский спортсмен, сбежавший в Западную Германию и научившийся делать прекрасные трубки. В Бремене я специально разыскивал его магазинчик, чтобы познакомиться с ним, увидеть, как он работает, и попробовать именно его трубку.

В Риме, например, есть лавочка, где работает Джорджио Музико и его сын Массимо Музико. Отец и сын делают маленькие, очень изящные трубки, но по качеству совершенно изумительные. Замечательное место, где всегда можно не только покурить трубку, но и поболтать о политике, истории. Я зашел туда однажды случайно, а теперь для меня это стало ритуалом: когда оказываюсь снова в Риме, обязательно туда иду. Нельзя сказать, что эти трубки чудовищно дорогие или редчайшие, но они сделаны руками, с любовью, здесь есть человеческий подход. В чем главное отличие трубки или сигары от сигарет? Сигару какая-нибудь кубинская женщина сворачивала своими руками, вкладывала тепло. То же самое с трубками. Сигареты — это что-то безличное. Кроме, быть может, легендарных солдатских Gauloises, лево-интеллигентских Gitanes без фильтра или «вечного дачного Беломора». Обязательно должна быть история, только тогда это становится частью твоей жизни, которой ты не раб, а соучастник.

Михаил Аркадьев:

Моя любовь к трубкам началась с детских впечатлений: отец много курил, правда, исключительно сигареты, но на столе у него всегда лежала трубка. Я на нее смотрел, разглядывал, даже пробовал на вкус. А вот сигареты мне никогда не нравились. Как и многие, я попробовал курить в школе, но мне стало нехорошо, и я понял, что у меня ничего не получится. Сейчас курю самокрутки, покупаю табак той же фирмы, что и для трубок, бумагу выбираю лакричную, темную или совсем прозрачную. Трубка же всегда была моим предметом романтической мечты. Конечно, это было связано с романами Жюля Верна.

Примерно на втором курсе института, в 80-м году, я отрастил себе бороду, и уже в своем первом походе на Урале, на реке Белая, я впервые попробовал покурить трубку. После чего стал покупать. В то время выбор был небольшой: трубки делал только завод «Ява», среди них было мало хороших.

Покупку своей первой настоящей трубки я помню отчетливо. В 1989 году был мой первый концерт в Западной Германии. В Ганновере я сошел с поезда, спустился в переход, увидел табачный киоск и сразу же купил себе трубочный набор. Это было осуществление многолетней мечты. Я решил купить трубку еще за год до поездки, как только узнал, что она будет.

С тех пор я курю трубку постоянно. Перепробовал разные табаки и в конечном счете остановился на недорогом варианте, который меня полностью устраивает. Это довольно известная датская фирма Mac Baren, табак Golden Ambrosia. В отличие от изощренных табаков, которые продают на вес, его можно найти везде. Golden Ambrosia приятен для курильщика и для окружающих.

Я не считаю себя настоящим трубочником, удовлетворяюсь средним уровнем, это уже, скорее, неотъемлемая часть имиджа. Моя отличительная черта — черные бархатные футляры для трубок, которые шьют знакомые специально для меня. Есть мастера, по сравнению с которыми я дилетант. Мастер очень долго выбирает трубку, чтобы затем ее обкуривать в течение года, а то и больше. Это невероятно сложная, тонкая процедура, огромное искусство. Трубка должна быть лично обкурена трубочником. В итоге она приобретает собственный вкус. Мне на это никогда не хватало терпения. Хорошая обкуренная трубка должна стоить не меньше 150–200 долларов США. Для людей более скромного достатка, к которым я себя тоже причисляю, вполне можно подыскать хорошую трубку за 50–70 долларов. Вообще, трубок у меня много. Когда-то была одна огромная, но она не прижилась, и я ее подарил.

Думаю, сейчас трубки и табак лучше покупать в интернете. Очень удобно найти мастера, списаться с ним, чтобы он посоветовал то, что нужно. Последние два-три года я поступаю именно так. В Москве есть приятный магазин на Покровке. Когда-то я любил магазинчик в Нью-Йорке, который находится недалеко от Карнеги-холла. Покупал трубки и в Монреале. Но с появлением интернета все это ушло.

Обычно я курю трубку после хорошего обеда или ужина. Раньше у меня всегда был такой ритуал: был ли я один, или в компании с коллегами, я удалялся ото всех и шел один с целью найти в центре города ресторан, который мне понравится, самому сделать заказ, ощутить вкус кухни и после этого закурить трубку. Этот ритуал я соблюдал во всех городах мира. В начале 2000-х у меня был отрицательный опыт в Торонто: я шел час по центральной улице и не мог найти ни одного ресторана, где можно курить. Это было ужасно. Должен сказать, что эта динамика отношения к курильщикам для меня была очень заметна в Нью-Йорке. У меня был любимый ресторанчик «Консерватория», который находился между Карнеги-холлом и Метрополитен-оперой. Когда я впервые был там в 90-м году, основное помещение предназначалось для курильщиков, и я спокойно курил там трубку. В течение последующих десяти лет, что я там бывал, зал для курящих из основного превращался во второстепенный, затем был загнан в самый угол, а потом и вовсе исчез. Ужасно, что из-за того, что это происходит, одно из таких тонких удовольствий начинает уходить.

Диана Климовских:

Свою первую сигару я выкурила в Гаване, на Кубе, во время посещения фабрики сигар. Ко мне подошел ее управляющий и подарил сигару (Cohiba Esplendidos), сказав, что она мне очень подходит. До этого я никогда ничего не курила. Крайне удивившись, я все же пообещала попробовать... и курю сигары до сих пор! Они действительно мне подходят по духу и стилю. Сигара — это часть образа, главное — отдавать себе в этом отчет.

Что касается выбора табака, то в Москве я покупаю его в табакерии, в галерее «Актер», в аэропортах, когда путешествую, и, конечно, друзья привозят, зная мои вкусы и пристрастия. Невозможно посоветовать всем один определенный табак. В первую очередь нужно слушать себя, выбирая сигару. Сигара, как и вино, многогранная и живая ипостась, она найдет вас сама, если вы себе это позволите.

Такое классическое сочетание, как сигара и виски, полно сюрпризов, ведь у этой пары сложный темперамент, который может повлечь за собой непредсказуемые последствия. Например, к шотландскому виски на базе кукурузы и ирландскому ячменному виски (не слишком молодым) подойдут Cuaba, кубинские El Rey del Mundo. С 18-летним Macallan прекрасно сочетается Inmensas Bolivar, Lagavulin 16 лет великолепно подойдет к Montecristo № 2, а Cazadores de Romeo y Julieta сможет выдержать Talisker. Лично я предпочитаю сочетание сигары и шампанского! Они кажутся абсолютно разными, но создают магический союз глубинной мощи с изысканной легкостью. Моя слабость — это Dom Perignon Rose и Esplendidos Cohiba. С Porto отлично сочетается Sir Winston de H. Upmann, а с ромом — Cohiba Robustos или Fundadores Trinidad. С коньком и арманьяком возможны различные удивительные сочетания, с eau-de-vie la Vieille Prune de Louis Roque я очень люблю Don Tomas Special Edition 100.

Нельзя не упомянуть о кофе, чае и горячем шоколаде как о прекрасных спутниках сигар. Например, Darjeeling первого урожая и Corona Rafael Gonzales за завтраком помогут прекрасно начать день, а Arabica с нотами миндаля или лесного ореха в сопровождении Rothschilds Robusto Jean Clemente станут оправданием незапланированной и медитативной паузы в середине рабочего дня. Очень советую Partagas, Corona Bolivar, Double Corona Punch или Rafael Gonzales c настоящим горячим шоколадом, чтобы не забывать, что жизнь прекрасна!

Источник: http://snob.ru/selected/entry/50155

Добавить комментарий!

Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Код:
Зрение -1.75д после аварии что означает?
Введите код: